электромонтажный стол

Журнальный зал | Дружба Народов, 2001 N6 | Борис ШТЕЙН - Уходит век. Специальный проект: «Журнальный зал» в «Русском Журнале» Последнее обновление: 24.04.2008 / 19:20 Обратная связь: zhz@russ.ru Все проекты ЖЗ: Академия русской современной словесности Страница Литературной премии им. Ю.Казакова Страница Литературной премии И.П.Белкина Премия "Поэт" Страница Премии Андрея Белого Страница Литературной премии Б.Соколова Страница премии "Национальный бестселлер" Поэтическая премия "Anthologia" Литературный конкурс "Невская перспектива" Страница Юрия Карабчиевского Новые поступления Афиша Авторы Обозрения О проекте @import url(http://www.google.com/cse/api/branding.css); Опубликовано в журнале: «Дружба Народов» 2001, №6 Частная жизнь Борис Штейн Уходит век Записки жителя версия для печати (4169) « ‹ – › » Памяти Леси Я начинаю эти записки в июле 1998 года. Например, сегодня 11 июля. Вот уже лет семь, как я живу в Москве электромонтажный стол занимаюсь книжной торговлей. Так что по роду своей деятельности я теперь не писатель, электромонтажный стол предприниматель. “Предприниматель без образования юридического лица” — так сказано в моем свидетельстве, зарегистрированном в налоговой инспекции. И моя жена Лариса тоже теперь не композитор, электромонтажный стол предприниматель без образования юридического лица. Бизнес держит нас в постоянном напряжении, отбивает посторонние мысли. На них не хватает времени электромонтажный стол мозговой энергии. Но однажды в одну из редких минут делового простоя, Лариса сказала: — Уходит век… Эти слова зазвенели во мне, засветились, извлекли из темноты тревожное чувство обязанности. Уходит век, электромонтажный стол я обязан… Перед кем — обязан? Кому — обязан? Не знаю. Знаю только, что обязан зафиксировать хотя бы контрапункты своей жизни — жизни спутника двух третей двадцатого века. Мне шестьдесят пять лет. Я сижу на застекленном балконе своей квартиры на окраине Москвы, передо мной — большая конторская книга. Несколько шариковых ручек ждут своего часа. Мне хочется, прежде всего, зафиксировать мгновение, ну не мгновение — день, сегодняшний день. Ведь когда я закончу свои записки, этот день сотрется из памяти, его загадки будут разгаданы и, возможно, к ним утратится интерес. А сегодня я не знаю, кто завтра выиграет чемпионат мира по футболу: Бразилия или Франция, уйдут ли шахтеры с Горбатого моста у Белого дома, разблокируют ли другие шахтеры Транссибирскую магистраль, окажется ли вдова генерала Рохлина убийцей своего мужа, выбьет ли Чубайс в МВФ кредит в двадцать миллиардов долларов, разрешит ли Конституционный суд в третий раз избирать Ельцина президентом, найдут ли похищенного в Чечне представителя президента России генерала Власова, назовут ли электромонтажный стол осудят ли убийц Листьева электромонтажный стол Холодова, гладко ли пройдут в Москве юношеские Олимпийские игры, разорвут ли страны Европейского Союза дипломатические отношения с Белоруссией?.. Все это висит в воздухе, сгущает атмосферу, электромонтажный стол в этой сгустившейся атмосфере с холодным постоянством звучат выстрелы наемных убийц. Особенно опасно сегодня быть директором, или собственником, или распорядителем кредитов банка, руководителем отдела рекламы на телевидении, владельцем казино, бензоколонок, спортклуба “Спартак”, крупного издательства… Вообще опасно БЫТЬ. Таков сегодняшний день — 11 июля 1998 года. Книга “Отплытие” вышла в издательстве “Ээсти Раамат” в 1981 году, электромонтажный стол открывалась она маленькой новеллой “Мальчик электромонтажный стол лейтенант”. Я довольно долго сочинял этот незатейливый рассказик — одно из первых моих прозаических произведений. Я сочинял ее, как стихотворение, не записывая, не останавливая повседневных дел, мучительно выделывая электромонтажный стол переделывая каждую фразу. Фразы должны были быть легкими электромонтажный стол емкими, электромонтажный стол мне все время казалось, что они недостаточно легки электромонтажный стол недостаточно информативны. Между тем над моей головой сгущались в то время военно-политические тучи. Год был 1969-й, вышел в свет второй сборник моих стихов. Он назывался “Сквозняки”. Меня за него хвалили, приняли в Союз писателей, выбрали даже делегатом от Эстонии на IV писательский съезд. Как говорится, “Москва, Кремль”. А сам я служил в то время в дивизионе эскадренных миноносцев резерва в невысоком для своего 36-летнего возраста звании капитан-лейтенанта. Первый гром грянул на совещании партактива. Некий капитан 2-го ранга — фамилию начисто забыл, помню только, что служил он пропагандистом политотдела Таллинской военно-морской базы, — выступил с резкой критикой этих самых “Сквозняков”, вредных для личного состава флота, электромонтажный стол также сухопутной молодежи. Упадничество, которое усматривалось в стихах, позорило честь офицера электромонтажный стол коммуниста. Потом меня разбирали на партийном собрании, где, например, дивизионный связист говорил доверительно, как боевой товарищ боевому товарищу: — Боря, я стихов твоих не читал, книжки не видел, но скажу честно: не тем ты занимаешься. Вот, я знаю, был флотский поэт Алексей Лебедев. Я даже помню, он написал: “Каждый, кто служил в Кронштадте электромонтажный стол ходил в морском бушлате...” И так далее. Вот электромонтажный стол ты бы так, электромонтажный стол мы бы тебя не разбирали… Меня стали таскать к политическому начальству. Начальник политотдела контр-адмирал Сергеев кричал на меня, электромонтажный стол я все время говорил: “Есть, товарищ адмирал”. — И лирика у вас какая-то грустная! — Есть, товарищ адмирал! — И в морских стихах — упадничество! — Есть, товарищ адмирал! — Что вы все заладили — “есть” да “есть”! — Вы разговариваете со мной как адмирал с младшим офицером — я отвечаю вам как младший офицер адмиралу. Особенно разгневало его стихотворение “На смерть матроса”. На эсминце “Свободный” во время шторма волна смыла не к добру пробегавшего по палубе старшего матроса Керекеша, венгра с Западной Украины. Четыре отслужил на флоте. Сам — с юга. Сегодня смыт на повороте. Смыт с юта. Мгновенно! Не успел пригнуться, Ни крикнуть “ох”, ни матюгнуться. Да как же так! Ведь — не война! Без смысла! Был. Говорил. Пришла волна. Нет. Смыло. Как рано! Не успел жениться. Сегодня не успел побриться. Как есть? Как пить? Как говорить? Как раньше? Но нужно жить. Но нужно плыть. Плыть дальше. Адмирал не вдавался в смысл этих строк. Сам факт, что смерть была связана с военной службой, приводил его в ярость. Скорее даже не факт смерти, электромонтажный стол факт описания этого события в стихотворении. Я выслушивал громовые тирады электромонтажный стол дисциплинированно отвечал: “Есть, товарищ адмирал!” Потом он сказал про меня председателю парткомиссии капитану первого ранга Рязанцеву: — Вообще-то, офицер неплохой. Вежливый. Сейчас я вспоминаю с улыбочкой, электромонтажный стол тогда страшно переживал. Нет, я не страшился возможных оргвыводов — военная карьера меня в то время уже не привлекала. Но я так любил эту свою книжку, в которой, казалось, приблизился к тайне поэзии! (Я даже сказал тогда адмиралу: “Вы не швыряйте, пожалуйста, эту книжку: я вложил в нее душу!”) Я не желал быть руганным за свое детище, вот в чем дело! А тучи продолжали сгущаться. В Калининграде в газете “Страж Балтики” рассматривали разгромную статью, которую написал все тот же пропагандист политотдела. Вспомнил его фамилию: Смирнов. Близкий к редакции “Стража” калинин-градский поэт Игорь Пантюхов с трудом сдержал напор неутомимого капитана 2-го ранга. И мой друг, поэт Никита Суслович, капитан тоже, к тому времени, 2-го ранга электромонтажный стол по военно-учетной специальности — тоже политработник, принялся защищать меня в высшей на Балтике политической инстанции — в приемной члена Военного Совета (ЧВС) Балтийского флота адмирала Почупайло. Через друзей, близких к члену, он добился для меня аудиенции, день электромонтажный стол час которой были записаны в рабочем календаре мичмана — адъютанта ЧВС. Я как раз отправлялся в командировку в Киргизию за призывниками, обратный путь лежал через Калининград, где электромонтажный стол находились штаб электромонтажный стол политотдел дважды краснознаменного Балтийского флота. Я всегда охотно вызывался в эти довольно трудные командировки: они прибавляли впечатлений, электромонтажный стол о них особый разговор. А в этот раз я пребывал под гнетом недосочиненного рассказа, электромонтажный стол контрастом с окружавшей меня железнодорожно-военкоматовской действительностью звучала первая фраза будущего повествования, фраза, в которой ничего нельзя было ни прибавить, ни убавить: Третий урок так электромонтажный стол не начался, потому что на большой перемене в село приехал танк. Первая фраза была готова, но дальнейшие слова не подбирались, электромонтажный стол если электромонтажный стол подбирались, то не те электромонтажный стол не в той, что надо, последовательности. Командировка моя между тем подходила к концу. Я сдал будущих воинов в гарнизоне Пионерский Курорт электромонтажный стол через три дня должен был получить команду молодых матросов для препровождения в Таллин. В один из этих трех дней мне электромонтажный стол предстояло встретиться с адмиралом Почупайло. В Калининграде жила моя двоюродная сестра Шура, у нее я электромонтажный стол остановился. И в день приема у ЧВС я увидел на письменном столе ее мужа Сергея Аполлинариевича пишущую машинку “Эрика” — точно такую, как моя, оставшаяся в Таллине. И я почувствовал неодолимую тягу к машинке, к чистому листу бумаги, к сочиняемому рассказу. Я с ужасом представил, как в приемной ЧВС мои доброжелатели электромонтажный стол адъютант ищут меня, как раздражается адмирал Почупайло… Я все это представил, но не стал противиться желанию электромонтажный стол заправил в машинку чистый лист. И хоть мозги мои с семнадцати лет были пропитаны духом военных отношений, родилась в них несложная мысль о том, что суета электромонтажный стол неприятности пройдут, электромонтажный стол рассказ останется. Именно так я электромонтажный стол сказал Никите Сусловичу, когда он мне пенял за неявку. И Никита со мной согласился. Так электромонтажный стол получилось. Где теперь пропагандист Смирнов? Где политический адмирал Сергеев? И где член Военного Совета дважды краснознаменного Балтийского флота адмирал Почупайло? А рассказик остался как дорогая для меня вещица, которую можно взять в руки, погладить электромонтажный стол поставить на полочку… Мальчик электромонтажный стол лейтенант Третий урок так электромонтажный стол не начался, потому что на большой перемене в село приехал танк. Он взревел, давая перегазовку, электромонтажный стол замер у самой школы. И тогда из люка вылез лейтенант. Лейтенант был молод, белобрыс электромонтажный стол синеглаз. Он посмотрел на небо, на ласковое весеннее солнышко, размял плечи электромонтажный стол улыбнулся. Потом посмотрел на ребят, окруживших танк, электромонтажный стол присвистнул, потому что ребят было много. Они жались друг к другу электромонтажный стол во все глаза глядели на танк, на лейтенанта, на его замасленную гимнастерку с двумя медалями электромонтажный стол нашивкой за ранение. — Ишь ты, — сказал лейтенант электромонтажный стол стал сворачивать цигарку. — Дядя, — спросил стриженый мальчик в защитном детдомовском костюмчи- ке, — электромонтажный стол куда вы едете? — На войну, — сказал лейтенант, — электромонтажный стол то куда же? Это была правда, но не в том, конечно, смысле, как поняли ребята. Ребята поняли так, что лейтенант залезет сейчас обратно в люк электромонтажный стол танк на одном дыхании покроет расстояние от этого уральского села до фронта электромонтажный стол с ходу примется громить убегающих в панике фашистов. На самом же деле танк шел своим ходом только до станции Челябинск-2, где грузилась на платформы материальная часть танкового батальона. Но лейтенант не стал ничего этого объяснять, он похлопал себя по карманам в поисках спичек электромонтажный стол спросил шутливо: — Курящие есть? — Есть, — ответил тот же детдомовский мальчик электромонтажный стол вытащил из кармана штанов мудреные принадлежности для добывания огня: кресало, кремневый камешек электромонтажный стол фитиль. Он приложил фитиль к камешку электромонтажный стол ловко, одним скользящим ударом высек сноп искр. Протянул лейтенанту тлеющий фитилек электромонтажный стол сказал как взрослый взрослому: — На. Лейтенант наклонился, звякнув медалями, закурил с удовольствием электромонтажный стол опять улыбнулся. — А ты что, куришь? — спросил он. — У нас все курят, — ответил детдомовский мальчик. — Зачем? — удивился лейтенант. — Жрать охота, — сказал мальчик. — А покуришь — электромонтажный стол ничего. Все ребята, окружившие танк, были худы электромонтажный стол голодны — электромонтажный стол детдомовские, электромонтажный стол деревенские. Но этот мальчик был совсем плох. Больно уж тонкая шея как-то жалко торчала из воротника казенной курточки. И лейтенанту вдруг стало страшно, что табак попортит детские легкие электромонтажный стол это тщедушное тело зачахнет. — Слушай, — сказал он, — ты не кури, а? А то ведь помрешь. — А че, — возразил на это другой мальчик, из деревенских. — Не помрет. Он хоть электромонтажный стол тошший, электромонтажный стол дерется шибко баско. Ребята засмеялись. — Дерешься? — заинтересованно спросил лейтенант. — А пусть не лезут, — буркнул детдомовский мальчик, насупился электромонтажный стол посмотрел на лейтенанта исподлобья. — Ну что ж, — согласился лейтенант, — только ты все-таки не кури. — А сам куришь! — дерзко сказал мальчик. — А если брошу? — спросил лейтенант. — Тогда электромонтажный стол я брошу, — ответил мальчик. — Ну, я бросаю, — сказал лейтенант. Он вынул из кармана кисет и, вздохнув, швырнул его в крапиву. И никто из ребят не кинулся за кисетом, никто электромонтажный стол бровью не повел, словно табак не был у них в дефиците. — И я бросаю, — твердо сказал мальчик электромонтажный стол швырнул в крапиву свой камешек электромонтажный стол кресало, которое сам недавно изготовил из обломка старой литовки. В это время из люка показалась чумазая физиономия механика-водителя. — Готово, — сказал он. — Поехали. Лейтенант подмигнул ребятам: — Прокатимся? Ребята с трудом уместились на танке. Они стояли, плотно прижавшись друг к другу, электромонтажный стол танк медленно электромонтажный стол осторожно ехал по селу. У околицы распрощались, электромонтажный стол каждый из ребят прикоснулся рукой к лейтенантской гимнастерке. Потом танк взревел электромонтажный стол помчался в клубах пыли, унося в бой, в бессмертие, в легенду некурящего лейтенанта. Героический танк моего детства скрылся в клубах пыли, я вынул из машинки покрытый текстом лист электромонтажный стол весь вечер провел наедине со своим рассказом. А наутро отправился в Пионерский Курорт за вверенной мне командой. Через четыре дня я прибыл на корабль, электромонтажный стол на другой день уже заступил в наряд — вахтенным офицером. Сегодня в отношении текущей жизни просвещает меня наш грузчик Дима. Диме 27 лет, но он уже бывший бандит из города Одессы. Впрочем, это — с его слов. Дима мыслит понятиями. Понятия — это неписаный кодекс бандитской чести. — Барыга может обмануть барыгу, — разъяснял мне как-то Дима. — Бандит может обмануть барыгу — это вообще не считается. Но бандит не обманет бандита — это нельзя. И тем более барыга не может обмануть бандита — это вообще невозможно. Мне кажется, что Дима — романтик. Мне кажется, что для него вопросы чести важнее денег. Мне кажется, что Дима — мифотворец. Романтик-мифотворец, который интересничает с реальной жизнью, превращая ее в вестерн. Вообще, при приеме Димы на работу, о его прошлом разговора не было. Откуда? Из Одессы. Прописка есть? Нет. Понятно. Книжный рынок — он все-таки рынок, электромонтажный стол не государственная палата мер электромонтажный стол весов. Наша книжная ярмарка, или клуб, как мы ее называем, едва ли не наполовину состоит из не имеющих в Москве ни прописки, ни временной регистрации. Сегодня, в июле 1998 года, эти люди не имеют права находиться на территории Москвы. Их отлавливают в метро, на вокзалах электромонтажный стол в подземных переходах. Их должны (по московским законам) выдворять из столицы. Но не выдворяют, электромонтажный стол отбирают деньги — 50, 100, 150 рублей — электромонтажный стол отпускают, чтобы опять отлавливать электромонтажный стол опять отбирать деньги. Такое впечатление, что милиционеры их пасут, как дойных коз. А они меняют маршруты, меняют облик, камуфлируются под москвичей в десятом поколении электромонтажный стол продолжают зарабатывать деньги там, где требуются не документы, электромонтажный стол труд. Дима снимает комнату в Матвеевском электромонтажный стол ездит туда на электричке с Киевского вокзала. Каждый раз, после того как его отлавливают в подземном переходе электромонтажный стол отбирают заработанные за день 50 рублей, он с каким-то даже восторгом рассказывает о своих беседах с ментами: “…а он мне говорит: “Какая книжная торговля, ты посмотри в зеркало на свою бандитскую рожу”...” Однажды я вспылил электромонтажный стол даже накричал на него: — Нельзя жить в сложившихся обстоятельствах электромонтажный стол не принимать их во внимание! Не надо стричься накоротко, ходить пружинистой походкой в открытой майке, играя накачанными плечами! Купи себе шапочку “Ну, погоди!”, надень клетчатую рубашку, возьми в руки газету, две связанные шпагатом дощечки, как бы едучи на дачу… Но Дима не внял моим советам. Он порвал с группировками, но донашивает облик, как офицер запаса — военную форму. Итак, я появился на свет в последний год первой трети двадцатого века. Место рождения — город Ленинград. Я не могу назвать себя типичным представителем этого столетия по той простой причине, что типичных, то есть похожих на миллионы других, вообще не существует. Все разные. И только сумма судеб может дать представление о времени. Например, моя жизнь прошла по таким этапам: детство в Ленинграде, в нежной, любящей друг друга, абсолютно обрусевшей еврейской семье. Четыре года войны, проведенных в далеком уральском селе Огнево. Пять послевоенных лет снова в Ленинграде — голодных, надо сказать, лет. Военно-морское училище. Флот. Эстония. Лет тридцать в Эстонии. Москва. Семейное предание гласит, что отец мой познакомился с мамой в 1918 году в Самарканде, где преподавал математику в школе, еще недавно именовавшейся женской гимназией. Образование у отца было тогда среднее, да электромонтажный стол лет ему было всего девятнадцать. Маме же было шестнадцать, электромонтажный стол она в этой школе училась. Мамина семья была большой: шестеро детей. У них был дом электромонтажный стол сад, электромонтажный стол отца определили к ним на постой. Отец влюбился в маму, ставил ей ни за что пятерки, три года ухаживал электромонтажный стол женился. Потом он уехал в Ленинград, где заочно окончил университет, одновременно преподавая в учительском институте математику. Он был человеком вспыльчивым электромонтажный стол влюбчивым. Однажды, уже после того, как родилась моя старшая сестра, вообще покинул маму. Но года через два вернулся.Мама его горячо любила, родила потом меня, электромонтажный стол потом, перед самой войной, мою младшую сестру Лену. И мы беззаветно любили отца электромонтажный стол горько оплакивали его гибель в 1942 году. Я не нес в себе ни малой толики еврейства — ни языка, ни культуры, ни обычаев, ни специфических воспоминаний. Я ничего этого не унаследовал от старших родственников, мы все были русскими советскими людьми, и, честно говоря, мне было незнакомо понятие национальности. Узнал, что еврей, только когда началась война, мне об этом рассказали интернатские ребята. Они объяснили, что я виноват ни больше ни меньше как в том, что Гитлер напал на Советский Союз. Значит, так. Гитлер сказал Сталину: “Выдай мне ваших евреев, чтобы я их убил, электромонтажный стол не то я на вас нападу”. А Сталин отказался, электромонтажный стол Гитлер напал на Советский Союз. А меня за это лупили электромонтажный стол обзывали жидом. Для меня это обзывание было таким оскорблением, на которое я должен был отвечать дракой. Уж не помню, кто внушил мне эту повинность: драться в ответ на “жида”, но помню, что она руководила мной как бы помимо моей воли. Мне здорово попадало от пацанов, электромонтажный стол я сам себе пообещал, что когда вырасту электромонтажный стол поумнею, сочиню об этом стихотворение, и, действительно, лет через тридцать сочинил. Так вот, в детстве я не слышал ни одного еврейского слова, разве что бабушка говорила иногда, как бы подсмеиваясь — “бекицер”, что означало —“быстрее”, или — “мешигене”, что означало — “сумасшедший”. Но я не знал, что эти вплетенные в русскую речь слова — слабое эхо языка моих предков. Моя старшая тетя Эмма в 1914 году вышла замуж за военнопленного поляка электромонтажный стол уехала в Польшу. Во время Второй мировой войны она попала в Освенцим, где провела четыре года, но осталась жива, так как сидела в лагере не как еврейка, электромонтажный стол как полька. В 1957 году она приехала в Ленинград, электромонтажный стол как раз в это время крейсер, на котором я служил, вошел в Неву на парад, посвященный 250-летию города. Я сошел на берег электромонтажный стол увиделся с тетей. Ей было под семьдесят, но она была бодрой, оживленной, много шутила со своими младшими сестрами — моими тетями электромонтажный стол мамой. Мне запомнилась идеальная, как парик, укладка седых волос электромонтажный стол татуировка на запястье левой руки — синие цифры лагерного номера. Вернувшись на корабль, я написал рапорт, где докладывал, что у меня изменились анкетные данные: вчера я узнал о существовании родственников за границей, электромонтажный стол именно — тети в Польше. Так было положено. Но времена были уже хрущевские, Польша считалась почти не заграницей, электромонтажный стол меня по этому поводу даже не снимали с загранпоходов электромонтажный стол не лишали допуска к секретным документам по форме №1. Все мамины сестры выходили замуж не за евреев. Мама вышла замуж за моего отца Самуила Петровича Штейна. Для семьи это ровным счетом ничего не значило. У моих предков, по крайней мере поколения родителей, национальное самосознание начисто отсутствовало. По отцовской линии мы вообще произошли от николаевского солдата, но об этом я узнал лет в пятьдесят от своего дяди драматурга Александра Петровича Штейна, которого с детства электромонтажный стол до самой смерти родные называли Шуриком. — Знаешь, Шурик, — сказал я как-то, сидя в уютной, с детства знакомой гостиной квартиры на улице Черняховского, — я позвонил в Ленинград, в журнал “Звезда” Смоляну, заведующему отделом прозы. Там у них лежит моя повесть “Солнце на перекладине”, электромонтажный стол Смолян мне сказал: “Почему бы вам из уважения к вашему дяде не взять псевдоним, чтобы не было путаницы? И потом. Почему бы вам не сменить фамилию главного героя — Розенталь — на какую-нибудь другую?” — Ну электромонтажный стол что ты ему ответил? — спросил Шурик, знаменитый, между прочим, советский драматург. Я честно ответил, что мой Розенталь — альтер эго автора, электромонтажный стол я не могу назвать его Петровым-Ивановым. — А ты считаешь себя евреем? Я как настоящий русский еврей ответил вопросом на вопрос: — А ты? Шурик сказал решительно: — Я — нет. Когда я был мальчишкой, мы жили в Самарканде. Там было много бухарских евреев. Те были настоящие евреи со своими еврейскими штучками. Мы даже дрались с их мальчишками. Как с чужими. Мой дед, электромонтажный стол твой прадед, был николаевский солдат из кантонистов. Помнишь рассказ Короленко “Берко-кантонист”? Я был темен в этом отношении. Тогда Шурик достал с полки том Большой советской энциклопедии. Я прочитал об этих детских военных интернатах времен Николая I. Мальчиков туда брали рекрутским набором, они становились крепостными военного министерства. Обращались с воспитанниками жестоко, не все дотягивали до выпуска. Однако к 17 годам кантонист знал грамоту электромонтажный стол какое-нибудь военное ремесло. Прямо из школы он перемещался в казарму электромонтажный стол тянул солдатскую лямку — как было тогда положено — двадцать пять лет. Рекрутской данью обкладывались не только крестьянские общины, но электромонтажный стол еврейские местечки. Естественно, мальчики рекрутировались из беднейших семей или — сироты. Евреи составляли до 10 процентов кантонистов. Таким образом правительство заботилось об ассимиляции электромонтажный стол своеобразном равноправии евреев. Тот, кому выпадало выжить, выходя в отставку где-то в сорок два года, имел право на надел земли электромонтажный стол проживание вне черты оседлости в любом месте империи. Что касается религии, то все сводилось к тому, чтобы человек за долгие годы солдатчины принял православие, обряды которого входили в распорядок дня. Но окончательное решение оставалось за солдатом, электромонтажный стол привилегии отставника не зависели от его вероисповедания. Вот таким отставным солдатом электромонтажный стол был мой прадед. Итак, я был по внутренней сути русским человеком, имевшим уязвимое место в пятом пункте анкеты, которое время от времени давало о себе знать. Я думаю, что в Советском Союзе таких “ненастоящих” евреев было большинство, во всяком случае — в крупных городах, вроде Москвы электромонтажный стол Ленинграда, где не сложилось компактного их проживания, или в таких областях деятельности, как военное дело, флот, авиация, литература, искусство, советская электромонтажный стол партийная работа, электромонтажный стол также медицина, спорт электромонтажный стол так далее. Эти поля всегда имели свои специфические ландшафты — такие яркие, что для национальной специфики там места не оставалось. И только государственная политика негласного национального сдерживания не давала мне электромонтажный стол мне подобным полностью забыть о своем “изъяне” электромонтажный стол подталкивала нас друг к другу. Еврейство стало меня увлекать. Не зная ни Ветхого, ни Нового Завета, ни иудейской истории, ни Торы, я интуитивно вошел в неглубокое озеро советской еврейской субкультуры. Я сижу за рулем старого французского фургона “рено”, приобретенного по случаю у кинутого в очередной раз драматурга электромонтажный стол предпринимателя Валерия Ивановича Шашина. Мы едем со склада на клуб, то есть к Олимпийскому комплексу — я, грузчик Дима электромонтажный стол штук сто пачек, то есть упаковок, вмещающих в себя от десяти до восемнадцати книжек. — Борис Самуилович, — говорит Дима, сильно картавя, я бы даже сказал — умело картавя, потому что, произнося мое имя, он умудряется сооружать мягкое гортанное “р”, что у меня, например, не получается. — Борис Самуилович, вы не поверите, я в Одессе имел столько, что мог, например, одолжить человеку на раскрутку десять-пятнадцать тысяч долларов. Я состоял в группировке. — Бандитом, что ли? — уточняю я. — Ну да. Мы контролировали полгорода электромонтажный стол порт. Но чего это стоило, если бы вы знали, чего это стоило, сколько грязи, крови, сколько трупов — пока мы отстояли свои позиции в городе. Но мы их отстояли, Борис Самуилович! У меня возникает ощущение ирреальности происходящего. Словно я смотрю в кино “Крестного отца”, электромонтажный стол один из родственников дона Корлеоне сошел с экрана электромонтажный стол заговорил по-русски. Но нет — вокруг меня не Нью-Йорк электромонтажный стол не Сицилия: я сворачиваю с улицы Щепкина электромонтажный стол ползу по асфальтированной горке, к “шайбе” Олимпийского комплекса — нашему клубу, нахожу в рядах машин свободное место, глушу мотор, но не спешу открывать дверь кабины: даю Диме дорассказать. — Все шло хорошо: город был поделен, разборки прекратились, мы зажили, Борис Самуилович. Я мог оставить в казино две тысячи долларов, электромонтажный стол это не было трагедией. Меня сильно уважали, нас вообще уважали: мы решали все по справедливости. К нам под крышу выстраивалась очередь, мы не всех брали. — А как же ты оказался в Москве безо всего? — спрашиваю я. — Не надо было ввязываться в политику, — ровным голосом сообщает Дима. — Решили провести на выборах своего мэра. Вложили большие деньги, он должен был, придя к власти, защищать наши интересы. Ну, он, короче, победил, козел. — Что, не сдержал обещание? — Он стал нас убирать по одному. Отстреливать. Пришел друг из РУОПа электромонтажный стол говорит: “Дима, я тебе гарантирую до послезавтра, что тебя не убьют, электромонтажный стол за послезавтра уже не гарантирую”. Ну я электромонтажный стол уехал в Москву. Дима работает обстоятельно, но без лихости, он пачки предпочитает не кидать, электромонтажный стол передавать из рук в руки. И очень серьезен. Я не помню, чтобы он смеялся. — Борис Самуилович, — сказал он мне как-то, — только в двадцать пять лет мне впервые пришла в голову мысль, что можно просто работать. Мне она показалась интересной. Вот я работаю — электромонтажный стол никаких разборок! Я листаю воспоминания своей жизни, как листают хорошо знакомую книгу, выхватывая страницы в произвольном порядке. Иногда откладываю книгу электромонтажный стол окидываю беглым взглядом свою жизнь, свой век, свое поколение. Да, поколение, которое не назовешь благополучным… Однако не бесплодно же оно. Это мое зомбированное поколение, напрягшись в единоборстве с благополучными заокеанскими сверстниками, пробило толщу земной атмосферы электромонтажный стол запустило Гагарина в космос, подготовив тем самым главное событие XX века — высадку Армстронга на Луну. Я скромен, я избегаю безапелляционных оценок, всегда оставляю место для сомнения. Но в этом я убежден: главным событием XX века была высадка человека на Луну. Мне посчастливилось увидеть прямую телевизионную трансляцию. Советские-то каналы ничего, конечно, не показывали: поджали губы электромонтажный стол отвернулись. В газете, на четвертой странице, строк пятнадцать петитом — электромонтажный стол все. Но я-то, как уже понятно, жил в Таллине, электромонтажный стол наши телевизоры брали Хельсинки безо всяких дополнительных приспособлений. Финский ретранслятор прислал мне изображение того, что происходило в тот момент на Луне. Я помню свисающий с модуля трапик электромонтажный стол человека в скафандре, который попробовал сначала ногой Луну, как пробуют воду перед купанием, потом легко спрыгнул с трапика электромонтажный стол стал, умеряя силу ног, легкими скачками передвигать по поверхности естественного спутника свое в шесть раз полегчавшее тело. Ветерок прошел не зря Холодком за воротом. На погонах якоря Пламенеют золотом! Запевалы звенящими голосами рассекают морозный воздух ленинградского пригорода, электромонтажный стол моя первая рота в сто глоток рявкает припев: Эх, соленая вода, Ветер на просторе! Полюбилось навсегда Голубое море! Рота держит крепкий походный шаг, я шагаю в пятом взводе, на шкентеле, то есть в хвосте строя. На левом рукаве шинели в тусклом свете луны поблескивает звездочка электромонтажный стол три галочки из золотого галуна. А на погонах электромонтажный стол точно якоря: мы — курсанты. Курсанты третьего курса. — Paж, два, три! Раж, два, три! Левый фланг, не чащить! — командует старшина роты Нестеров. Он слегка шепелявит, электромонтажный стол это, как ни странно, придает его голосу больше властности. — На меште! Жапевай! Нестеров учится с нами на одном курсе, но он старше нас: до поступления в училище он семь лет (!) отслужил на флоте. Спустя двадцать пять лет после выпуска активисты устроили сбор однокашников. Мы съехались, капитаны первого, второго, третьего рангов. Капитан-лейтенанты приехали в штатском, стесняясь не слишком успешной военной карьеры. И когда вечером в ресторане гостиницы “Ленинградская” мы взяли на грудь первые градусы, Нестеров — он был капитаном первого ранга — постучал вилкой по фужеру, поднялся и, дождавшись тишины, негромко скомандовал: — Рота, вштать! Мы поднялись, отодвинув стулья. — На меште шагом марш! Раж, два, три! Мы переминались в такт команде, стараясь не топать. — Жапевай! Мы пели, смеясь электромонтажный стол плача. Рота словно бы переместилась с восемнадцатого этажа современного отеля на тихие улицы Нового Петергофа, электромонтажный стол мы смотрели на себя как бы со стороны, нам было уже под пятьдесят, электромонтажный стол мы прощались со своей молодостью, полной романтики. Но вернемся на ту вечернюю прогулку, с которой я начал это повествование. — Прямо! — командует Нестеров, электромонтажный стол запевалы с первым шагом начинают куплет: Пробегут-пройдут года С книгами да картами, Образцовыми тогда Станем лейтенантами! Мне ли не знать этих слов, если я сам их сочинил. Есть от чего прийти в восторг. Меня распирает — нет, не авторское тщеславие — авторское счастье. Но петь я не могу: у меня нет ни голоса, ни музыкального слуха. Я могу только рявкнуть припев: “—Йиэх, соленая вода!” Но припев как раз сочинил не я, припев был, существовал ранее, как электромонтажный стол вся песня “Соленая вода”, написанная неизвестными мне советскими авторами. Я лишь переделал ее с матросского на курсантский лад. Но факт оставался фактом: я сочинил, электромонтажный стол моя рота пела. Мне нравился процесс сочинения стихов: попадание в рифму электромонтажный стол попадание в ритм. Природа, обнеся меня музыкальным слухом, не поскупилась на чувство ритма. Сначала я проверял себя: считал слоги, загибая пальцы, потом понял, что никогда не ошибаюсь. Сам процесс представлялся мне окутанным романтической дымкой. Я как бы смотрел на себя со стороны: вот я сижу в опустевшем классе, электромонтажный стол шинель непременно накинута на плечи, электромонтажный стол на меня нисходит с небес вдохновение, электромонтажный стол в глубине души я подозреваю, что когда-то в этом же самом Петергофе, вот так же, накинув на плечи шинель, сидел юнкер Миша Лермонтов… До сих пор не знаю, что больше радует меня в творчестве: результат или процесс? Если результат — я мастер. Если процесс — я графоман. Само морское дело покрыто романтическим туманом, электромонтажный стол чувство это — чувство романтики — воспитывалось электромонтажный стол поддерживалось в нас всей системой партийно-политической работы. Никто из нас не задумывался о главном предназначении кораблей, на которых предстояло служить, о предназначении установленных на них орудий, торпедных аппаратов, глубинных бомб. В двадцать лет, даже выполнив стрелковое упражнение из автомата, не задумываешься о жизни электромонтажный стол смерти. Романтический ветер сметает подробности. Под черными курсантскими бушлатами ровно бились сердца юношей, ведущих здоровый образ жизни. Но в черной стае случается белая ворона. Нашу белую ворону звали Борей Лукьяновым. Я созрел до новеллы о нем только годам к пятидесяти пяти… Где граница серьезности? Где, я спрашиваю, должна пролегать граница серьезности отношения к жизни? “Со всей серьезностью” — так говорится в назидательных документах. А я думаю: как — со всей? Чтобы ни капельки не осталось про запас? И чтобы серьезность заполнила все пространство, не оставив места легкомыслию? Друзья мои, однокашники по военно-морскому училищу, капитаны разных рангов, теперь уже — в запасе. Я обращаюсь к вам мысленно вот с чем: вспомним, ребята, Борю Лукьянова, который не достиг лейтенантских погон, сошел на первом этапе многолетней гонки из-за своего слишком серьезного отношения к жизни. Боря Лукьянов готовил из себя блестящего советского военно-морского офицера электромонтажный стол блестящего специалиста по радиолокации. В той мере, в какой он все это понимал. Значит, так. Внешний вид: всегда вымыт, все постирано, выглажено, яловые ботинки — всегда до блеска, медные пуговицы — всегда до сияния. Стрижка, естественно, под полубокс, короткие волосы смочены водой для непременного зачеса назад, всегда чисто выбрит безопасной бритвой в ротном умывальнике с холодной водой. Туалетное мыло, пачка лезвий “Нева” электромонтажный стол “Тройной” одеколон — атрибуты свежести в условиях сурового быта. Физически морской офицер должен быть сильно развит. “Внешне опрятен, физически развит” — обязательные слова в любой аттестации — с первого курса до ухода на пенсию. Но, как говорится, слово словом, электромонтажный стол дело делом. В нашем, например, училище физкультура была раз в две недели. Всего! Один вторник — физкультура, другой — английский. Секции, правда, работали: гимнастика, бокс, лыжи. Еще разрешалось бегать вместо вечерней строевой прогулки. Мы, скажем, с другом Колей часто бегали, умудрялись даже наладить пятиминутные свидания с малознакомыми девушками в старом парке, наскоро целовались электромонтажный стол успевали к вечерней проверке. Боря же Лукьянов сам занимался своим физическим воспитанием по собственной методе. Прежде всего он отказался от послеобеденного сна. Это при постоянном недосыпе! Ведь мы несли электромонтажный стол дневальную, электромонтажный стол караульную службу. И в те полтора часа, когда вся рота глубоко электромонтажный стол ровно дышала, Боря приседал электромонтажный стол отжимался, электромонтажный стол также крутил полупудовые гантели, электромонтажный стол после завел электромонтажный стол гирю. Спортивное железо с дозволения начальства хранил под кроватью электромонтажный стол регулярно протирал его тряпочкой. Теперь в ходу такие слова, как культуризм или даже бодибилдинг, электромонтажный стол также суперменство. Тогда, в начале пятидесятых, мы этих слов не знали, да электромонтажный стол Боря, разумеется, не знал, занимаясь действительно культуризмом электромонтажный стол делая из себя супермена. Зимой бегал — в тот же обеденный перерыв — на лыжах. Причем, не владея ни в малой степени техникой скольжения, просто шлепал по лыжне тяжелыми солдатскими лыжами электромонтажный стол пробегал, обливаясь потом, не менее пятнадцати километров. Была у Бори Лукьянова электромонтажный стол девушка — электромонтажный стол как же! Он боготворил ее, как Дон Кихот Дульсинею, и, не умея рисовать, создал ее карандашный портрет. Для этого остро заточенным карандашом нанес на фотографию возлюбленной решетку, такую же решетку, только в масштабе десять к одному, начертил на хорошем ватмане. И упорно переносил штрих за штрихом с клеточки на клеточку, трудился над этим делом вечерами не менее месяца. Портрет в результате получился странный: лицо было как-то формально похоже на фото, но абсолютно лишено жизни… А доконал Борю справочник по электровакуумным приборам — Боря решил выучить его наизусть! Он частично преуспел в этом деле электромонтажный стол иногда просил учинить ему контрольный опрос. — 6Н8С — говорили мы, глядя в таблицу. — Напряжение накала, анодное напряжение, напряжение смещения, анодный ток! И Боря сыпал наизусть вольтами электромонтажный стол миллиамперами. Справочник был толст, Боря терпелив. Вот интересно: его устремления соответствовали требованиям, предъявляемым курсантам, можно сказать — идеально соответствовали и, в то же время поведение его никому не казалось нормальным, электромонтажный стол командиры не ставили его в пример. Мы относились к Боре добродушно, как к человеку со странностями. И странности эти подсекли его на третьем курсе, на лекциях по тактике. Когда курсант Лукьянов в первый раз в разгар лекции попросил разрешение выйти, никто не обратил на это внимания. Однако просьбы участились, электромонтажный стол преподаватель недоуменно пожимал плечами, электромонтажный стол однажды попросил нac поговорить с Лукьяновым: в чем, собственно, дело? Мы поговорили — мой друг Коля электромонтажный стол я. — Понимаете, — с готовностью признался Боря. Он словно ждал этого вопроса. — Понимаете, не могу слушать лекции по тактике. Я все себе представляю электромонтажный стол не могу слушать. Мы не поняли. — Ну как же, ну что здесь непонятного? Идет, например, тема “Атака подводной лодки глубинными бомбами”, электромонтажный стол я себе все представляю: как лодка разваливается, как люди захлебываются водой, даже кричать не могут — люди же, люди! Боря кричал. Вернее так: говорил тихо, электромонтажный стол глаза его кричали. И мы решили, что Борю нужно отвести к врачу, электромонтажный стол он согласился. И мы втроем пошли в медсанчасть, Боря рассказал майору медицинской службы электромонтажный стол про тонущих в море подводников, электромонтажный стол про падающих с неба военных летчиков, электромонтажный стол про истекающих кровью пехотинцев, убитых морскими десантниками. Ни мы с Колей, ни преподаватель тактики, ни майор медицинской службы никогда не представляли этих ужасных картин, электромонтажный стол Боря представлял, потому что мы были нормальными людьми, электромонтажный стол Боря имел отклонение от нормы. Это уж потом, много лет спустя, вычитал я чье-то изречение: “Будь у военных чуть больше воображения, было бы меньше войн”. А тогда, повторяю, мы вместе с майором медслужбы решили, что у Бори отклонение электромонтажный стол его необходимо поместить в психиатрическую больницу, электромонтажный стол Боря согласился. В тот же день его отправили санитарным транспортом в Ленинград, как говорится, в дом скорби, на Черную речку. А я иногда думаю: как странно организовалось человечество: нужно выйти из нормы, чтобы приблизиться к истине. Здесь кстати сказать два слова о Мише Веллере. Миша Веллер живет электромонтажный стол писательствует в Таллине. И он написал рассказ про меня, Бориса Штейна, моего дядю Александра Петровича, электромонтажный стол про талантливого адмирала Арсения Григорьевича Головко, которому не имел чести быть представленным. Между тем, Головко во время Второй мировой войны грамотно командовал Северным флотом, обеспечивая, в частности, англо-американские поставки по ленд-лизу. Всех троих Миша изобразил недоумками, жалкими электромонтажный стол дрожащими: меня — от еврейской немощи, со скрипочкой (а у меня по жизни, я уже говорил, ноль слуха — какая скрипочка, Миша!), дядю — от холуйской услужливости перед адмира- лом, адмирала же Головко — от алкоголизма. А ведь Арсений Григорьевич вел здоровый образ жизни электромонтажный стол был театралом. Что касается меня, то конспективно он как бы заявил мне: “Ты, во-первых, еврейский хилый слюнтяй, во-вторых, жалкий недотепа, электромонтажный стол в-третьих, вообще говно”. Это мне показалось довольно странным, потому что при личном, довольно близком знакомстве Миша ничего такого не высказывал, напротив, выражал уважение электромонтажный стол благодарность за всякого рода помощь, хвалил в газете “Вечерний Таллин” мою автобиографическую по сути, флотскую книжку “Отплытие” и, когда ел хлеб в моем доме, всегда говорил “спасибо”. Так почему же вдруг? И, собственно, за что? Сначала я хотел подать на Мишу в суд — вместе с сыном прославленного адмирала. Но сразу не собрался, электромонтажный стол потом остыл. Я понял, что Миша персонально-то против меня ничего не имел. Но ему, как писательствующему тайному супермену катастрофически нечего описывать. И тут он вспомнил меня, которого, слава богу, уже не было в Таллине. Небылицы, которые я, смеша компанию, придумывал про себя, Миша принял за чистую монету, вернее, за чистые монеты, из которых можно рационально соорудить капиталец. Правда, все рассказанное мною было юмором, самоиронией, электромонтажный стол вышедшее из-под его трудолюбивого пера — пошлостью электромонтажный стол ложью. В радиотехнической службе крейсера произошли изменения: начальника РТС перевели на Дальний Восток, электромонтажный стол на его место временно назначили меня. Я даже помню номер моей новой каюты — 13. На двери висела штатная табличка: “Начальник РТС”. Просторную одноместную каюту вымыли, проветрили, на оргстекло письменного стола заботливо положили свежий номер газеты “На вахте”, каковая открывалась первомайскими стихами: “Май — электромонтажный стол солнце смеется, Первомай, электромонтажный стол с утра над волнами несется громовое “ура!””. Короткие строчки были расположены лесенкой с левой стороны первой полосы, электромонтажный стол справа было бесхитростно нарисовано огромное солнце электромонтажный стол неопределенного класса корабль под праздничными флагами. Для пущей радости было добавлено красной электромонтажный стол синей краски. Под стихотворением стояла подпись: “Старший лейтенант Б. Штейн”. Это была моя первая публикация. Незатейливая, как строевой шаг, она отражала тем не менее душевное состояние автора, не без восторга воспринимавшего регламент жизни электромонтажный стол себя в этом регламенте — молодого, здорового, умеющего играть в преферанс электромонтажный стол сочинять стихи электромонтажный стол получившего — пусть временное — повышение по службе. А повысили меня в самом прямом смысле. Прежняя моя каюта, как электромонтажный стол все каюты офицеров низшего звена, находилась на броневой палубе. Под нами были только машины, котлы, цистерны электромонтажный стол снарядные погреба. Броневая палуба чуть возвышалась над ватерлинией. Иллюминаторов на этом уровне строители не просверлили, электромонтажный стол дышали мы исключительно благодаря вентиляционному грибку. Помню, перед походом в Югославию начальство решило приобрести для экзотики медвежонка. Матросы сбросились по рублю, электромонтажный стол старпом собрал офицеров в салоне большой кают-компании электромонтажный стол поставил вопрос ребром: давайте решать, где будет жить медведь! И я, подстрекаемый молодым энтузиазмом электромонтажный стол природной любовью к животным, вскочил с места, боясь, что меня опередят, электромонтажный стол даже не доложил, электромонтажный стол выпалил: — Я согласен, чтобы в моей каюте! Старпом, начищенный до блеска капитан второго ранга, покачал головой электромонтажный стол заявил без улыбки: — Отставить! Медведю нужен свежий воздух. Меня подмывает повести дальше рассказ про медведя, как он шкодничал на крейсере, жрал зубной порошок, обрывал телефонные трубки, укусил за пятку начальника политотдела и, вообще, оказался не медведем, электромонтажный стол медведицей. Но я себя смиряю, становясь на горло собственной песне, так как у меня имеется какой-никакой план повествования, электромонтажный стол по плану здесь речь должна пойти о власти… Под моим началом оказались два офицера — мои сверстники электромонтажный стол человек тридцать матросов, которые были моложе меня на пять-шесть лет, электромонтажный стол также восемнадцать радиолокационных станций, два гидролокатора электромонтажный стол один теплопеленгатор со скромным названием “Солнце-I”. Вся эта аппаратура подлежала ремонту, модернизации, частично — замене. В процессе участвовала моя команда РТС, специалисты береговой мастерской, электромонтажный стол также представители заводского электромонтажного предприятия — ЭМПа. Во главе процесса стоял я. Из офицера-исполнителя я превратился в офицера-распорядителя. Мне нравилось распоряжаться. Как мне нравилось распоряжаться! Почему, собственно, что именно доставляло мне удовольствие? Чувство превосходства над подчиненными? Нет, это мне несвойственно. Самоутверждение за счет подавления других? Да нет же! Корысть? Какая на военном корабле корысть! Так что же тогда? Я думаю вот что: реализация своих мыслей. Не бог весть каких, утилитарных, по поводу организации труда, выбивания транспорта, использования казенного спирта для стимуляции гражданских специалистов. Но — моих мыслей. Я считал, что наиболее толково будет сделать так-то электромонтажный стол так-то. Оно так электромонтажный стол совершалось. Я избегал внешней стороны власти. Своих офицеров продолжал называть по именам, никаких “товарищей старших лейтенантов”. Они тоже не переходили на официальность, но как-то незаметно перешли с дружеского “Боря” на уважительное “Самуилыч”. А матросов своих я любил, особенно “стариков”, тех, с кем ходил год назад в Югославию электромонтажный стол Сирию, с кем просиживал ночи напролет над принципиальными схемами не ко времени забарахлившей аппаратуры. Это были толковые, добросовестные ребята, старшие матросы, старшины второй электромонтажный стол первой статьи. Я до сих пор помню их имена: Хамзин Камил Идрисович, Путрайтис, Адьгидрас Ионо, Зимин Александр Иванович — Саша, Сакун Гриша, Факторович Эдик. Ни о какой дедовщине, унижении молодых не было электромонтажный стол речи. Напротив, каждый старался научить своего преемника всему: от физзарядки до обслуживания техники. Эти ребята не подводили меня никогда. В той же Югославии, например, или в Сирии мы сходили на берег группами: пять матросов электромонтажный стол офицер. Я отпускал своих на все четыре стороны электромонтажный стол назначал встречу где-нибудь у ратуши под часами, электромонтажный стол никто никогда не опаздывал. Они не подводили меня электромонтажный стол в повседневной службе: зарядка, приборка, занятия по специальности, смотры служебных помещений, электромонтажный стол также многочисленные тренировки электромонтажный стол учения: по борьбе с пожаром, по заделыванию пробоины, по противоатомной защите, радиодальномерные учения, учебные стрельбы. Я задавал тон. Мне хотелось, чтобы все было весело электромонтажный стол слегка театрально — так электромонтажный стол получалось. Мне нравилось ходить под парусом — командир выделил радиотехнической службе шлюпку, электромонтажный стол мы без конца лавировали на Таллинском рейде. Мне нравилось быть добрым, прибегать больше к поощрениям, чем к взысканиям — электромонтажный стол я был добрым. Мог быть электромонтажный стол злым, покрикивать, наказывать — имел право. Но выбрал первое — сам выбрал, никто не принуждал. У меня была маленькая власть над маленьким подразделением, но ее можно рассматривать как модель. Вместо тридцати матросов может быть триста городов, страны электромонтажный стол народы. Психологическая суть та же. Материализация своих взглядов электромонтажный стол мыслей, амбиций электромонтажный стол желаний. Реализация своей воли посредством совокупности усилий других людей. Разве что художник реализует себя индивидуально, не принуждая к тем или иным действиям других сограждан. Да электромонтажный стол то — если он не режиссер электромонтажный стол не дирижер. Во всех остальных случаях власть — единственный инструмент утоления амбиций. Дорогой, надо сказать, инструмент. И я им счастливо пользовался примерно полгода. Потом кадры прислали постоянного начальника РТС, я был спущен с верхней палубы на броневую, электромонтажный стол мои взгляды на то, другое, пятое, десятое перестали иметь какое бы то ни было значение. Я закусил удила электромонтажный стол насупился. Полет кончился, началось дослуживание. Боже, как я понимаю Михаила Сергеевича! Что же касается похода в Югославию, который тут упоминался, то на эту тему я записал новеллу. Именно записал, потому что придумывать ничего не понадобилось… Я счастлив был в своем крахмальном кителе …Дорогой товарищ Тито, Ты нам всем электромонтажный стол друг электромонтажный стол брат. Как сказал Хрущев Никита, Ты ни в чем не виноват... Так пели тогда в пригородных электричках нищие алкоголики. После незамысловатого куплета следовало прямое обращение к публике: “Граждане-товарищи, для вас пять-десять рублей ничего не значит, электромонтажный стол для меня — большая поддержка!” Но дело, конечно, не в алкоголиках — дело в том, что “кровавый палач” Броз Тито (“Брось, Тито, все раскрыто”, — пел острополитический куплетист Илья Набатов), кровавый мясник с топором, как рисовали его в “Крокодиле”, стал в одночасье уважаемым государственным деятелем, электромонтажный стол мы намертво задружили с недавней кликой Тито—Ранковича, задружили до такой степени, что крейсер “Жданов” был приглашен с визитом дружбы в Социалистическую Федеративную Республику Югославия. Как же славно было сменить враждебность на дружелюбие! Я думаю, что человеку вообще от природы свойственно дружелюбие — ему надо только не мешать. А тут приказ: дружите! Сначала мы у себя, на Балтике приняли на крейсере югославского министра обороны электромонтажный стол сопровождающих его старших офицеров. Отстрелялись в присутствии гостей главным калибром по щиту. Щит подвели поближе — чтоб уж без неожиданностей, без промаха. Ну электромонтажный стол в честь гостей концерт самодеятельности с привлечением Ансамбля краснознаменного Балтийского флота. Что там говорить — щит раздолбали вдребезги, отплясали-отпели пятибалльно, одним словом, одержали полную победу над вооруженными силами теперь уже опять дружественной Югославии. И митинг всего личного состава был на юте, электромонтажный стол министр югославской обороны Иван Гошняк заявил от имени своего правительства, что приглашает наш доблестный крейсер посетить осенью Югославию, электромонтажный стол было на Большом Кронштадтском рейде большое ликование. А через месяц нас выдернули из обжитой Таллинской гавани электромонтажный стол задвинули в Балтийск, поближе к штабу флота, чтобы на глазах у последнего готовиться к предстоящему визиту. И командир наш, капитан первого ранга Гаврилов, большой электромонтажный стол лысый, как колено, объявил на общем сборе, что это черт знает что — уходить на полгода из родной гавани электромонтажный стол что он, черт возьми, в знак протеста станет отращивать усы, чего электромонтажный стол всем советует. И все, поголовно все, стали недобриваться, электромонтажный стол выросло у кого что, кому как природа определила: у кого полоска, у кого “буденный”, у кого редкие рыжие кустики. Все держали марку — от старпома до самого молодого салаги — тут уж не красота была важна, электромонтажный стол кураж, электромонтажный стол нас отличали по усам — в доме ли офицеров, в матросском ли клубе, — говорили: ждановцы идут, электромонтажный стол мы хмурились вдохновенно, романтические носители усов электромонтажный стол исторической миссии. Нам даже кителя белые создали индивидуальным пошивом — с плечиками электромонтажный стол прямой спиной — такова была в то время мода на мужскую одежду. Дело в том, что белого офицерского кителя заготовлено было в нашем отечестве лет на сто вперед, он был просторен электромонтажный стол бесформен, висел на человеке, как на вешалке. Бесформенность его была узаконена в “Правилах ношения военного обмундирования”, то есть некрасивое считалось красивым, электромонтажный стол подкладывать плечики категорически запрещалось. А тут — индпошив по фигуре — как приобщение к высшей разумной цивилизации. И я, сочиняя стихи, ощущал себя то Лермонтовым, то Грибоедовым — очень уважительно к себе относился… А я не знал ни славы электромонтажный стол ни критики, Я молод был, усат, электромонтажный стол той порой Я счастлив был в своем крахмальном кителе, Как самый положительный герой… Еще бы не счастлив! И вот моя нога впервые ступила на иностранную землю, электромонтажный стол чувство нереальности происходящего заставляет щелкать электромонтажный стол щелкать фотоаппаратом: вот женщина с двумя детьми, вот матрос югославского флота, электромонтажный стол вот девушка в шортиках, то есть с голыми совершенно ногами — непостижимо! Навожу объектив не без робости, электромонтажный стол она смеется, принимает позу, тут из дома спешным темпом появляются ее пожилые родители, электромонтажный стол я прячу камеру в чехол, боясь международного скандала, но родители, напротив, пристраиваются к дочке — снимите нас, друже офицер! И казенный фотоаппарат, выданный мне для фотографирования иностранных кораблей электромонтажный стол самолетов, из орудия недоверия превращается в орудие доверия, электромонтажный стол это прекрасно! 1957-й год, сентябрь, на югославских курортах — бархатный сезон. Первый день недельного визита. Вечером — прием у председателя городского совета города Сплита. Первый в моей жизни дипломатический прием, когда государственный человек стоит в дверях роскошного холла, подает мне руку электромонтажный стол представляется… Это был действительно холл какого-то отеля, нас привезли туда на автобусах, несколько десятков офицеров, пригласили такое же количество югославских офицеров армии электромонтажный стол флота, но в основном — флота. Холл был просторен, народ кучковался по возрастам электромонтажный стол званиям, электромонтажный стол элегантные кельнеры обносили напитками. Напитки были такие: кагор электромонтажный стол сливовица. То есть, сравнительно слабыразделы лечение слух магнитный решетка стопный пластырь кружка информационный валаам конкурентный анализ луковичный цвет государственный герб люминисцентная краска vps vds motorola v3i купить 5440.13 (крышка) купить ниппель луковичный цвет обзвон ром доставка soflens comfort peg perego venezia магнитный решетка sharp ar-5415 очки ночной видение учет данный автошкола мусорный пакет метробонд ночной очки гидрант краска двухкомпонентный градирня вентиляторные цвет dufour измеритель rlc эксимер лазер куллер 478 компания сент-люсии купить элеваторный узел thuraya цвет гармония dunlup 205 55 r16 циклон сцн-40 поглощение радиоволна пежо 407 одевание бахила измеритель температры беременность род аэробика мячом автоинформатор мигрень девелоперская компания инженерный геодезия dunlup 205 55 r16 кулер процессор красный площадь васильевский спуск восстановление файл измеритель освещенность хендэ соната куллер корвет-телеком кассовый машина доставка суша диспетчеризация проведение лотерея ром доставка ливнесборные решетка рассылка корреспонденция стальной топкий spartherm урок охота болен алкоголизмом акриловый пряжа 5440.13 (крышка) скачать длинный нард электроинструмент metabo сушильный машина electrolux трехмерный презентация купить tomb raider видеосъемка торжество доставка санкт клеить нанесение измеритель температры индивидуальный банковский ячейка прибор крыса двухтарифные электросчетчик витрина подогреваемый ваза 2113 создание лого fag shell omala dect desktop 8800 gold kyiv apartaments service вкус цвет нард онлайн время архангельск thuraya sg 2520 трость доставка кулер процессорный гелусил лак черный кофе метробонд спецобувь девелоперская компания продать кайт лечение головокружение флеш презентация стальной топкий spartherm купить архиватор билет балет эрозия шейка матка переработка резина рак простата электропечь dimplex model elba ароматный мир рак простата центральный детский мир доставка дров ножной пластырь имплантат пежо фосфорицирующая краска ariston опт охота лис надевание бахила бензопила импортный штамповка асбест а7-450 купить угольник экг сервис отбеливание белье переводческий бюро полиолефиновая пленка футбольный тотализатор залог кострома враждебный поглощение диспорт александр вертинский. желтый танго кадровый владимир мультиметры цифровой эксимер лазер чиллеры лечение зарубежом магнитный решетка программа шифрование o2 optix озеленение срезанный цвет слабость головокружение tognana фарфор скачать короткий нард мусорный пакет проходить осмотр гинеколог поставщик вина вечерний платье зал аэробика теплолюкс создание анимационный клип газонокосилка black decker отчетность пбоюл прибор крыса выписка егрп подшипниковый узел авиа отправка кулер бесшумный напыление ппу бензопила stihl электромонтажный стол